В ожидании Дубровского

Знаете, я так ждал, что какой-нибудь современный Дубровский появится на этих выборах. Восстанет против преступной власти (такой себе собирательный образ в лице Кирилы Петровича Троекурова, заседателя Шабашкина и т.д.), начнет жечь условные поместья в округе и раздавать все бедным и по ходу влюбит в себя Машу, дочку Троекурова. А самое главное – проникнет в окружение олигархов под видом француза Дефоржа, внесет смятение в их ряды, а еще - покажет невиданные в краях благородство и смелость, как в случае с медведем, и заставит всех кругом стать добрее к своим крестьянам. Но нет пока Дубровского средь нас.
Дубровский ведь тоже, если следовать Пушкину, был представителем элиты того времени. Бравый столичный офицер, гуляка и повеса, фрондер и забияка до поры до времени, пока не уничтожили его отца и его не лишили наследства. И начал он восстанавливать социальную справедливость (хотя в пушкинские времена слова «социальный» не знавали). И стал олицетворением защиты всех угнетенных и сирых.
Упрощу, если перемудрил с классикой. Где, где тот кандидат, который среди других покажет себя не таким, как другие? Готовым отречься от всего, что составляет «статусный» образ жизни любого из кандидатов. Самый бедный по декларации о доходах кандидат Александр Пабат владеет шестью роскошными авто. Самый «непроходной», как он себя декларирует, Анатолий Гриценко, не продал свое загородное поместье под Киевом (я видел по телевизору, очень неплохое), а собирал с миру по нитке денег на кандидатский залог. Литвин обещался заложить квартиру, но, кажется, два с половиной миллиона он таки нашел, не выходя из дому. Угнетенный капиталистами Симоненко легко швыряет сумму, которую его избиратель и за всю жизнь не заработает, на заведомо проигрышное дело. Янукович, с которым, по признанию одного из депутатов из его фракции, он последний раз общался три года назад, говорит, что «слышит каждого» из народа. Тимошенко все больше напоминает своего однофамильца из легендарного советского дуэта Тарапуньки и Штепселя. Помните? «До-ре-ми-фа-соль-ля-си, Ехал Штепсель на такси, Тарапунька прицепился И бесплатно прокатился». Штепсель Андреевич, увы, в пути поиздержался, но Юлия Владимировна на «оранжевой» идее еще продолжает выезжать. И так далее...
Но вернемся к классике. Вот потому и нет в окружении никого из претендентов на президентство ни Антона, ни Гриши, ни Архипа, готовых жизнь положить за своего пусть и барина. Ибо в глубине души большинства из нас есть ощущение – никто из кандидатов не скажет, как Дубровский: «Молчать, или вы пропали!» - ни продажным судьям, ни коррумпированным чиновникам, ни кислинским, ни лозинским, ни пукачам и т.д. Не та кровь, не та стать, не та порода.
Что для нынешних слово «бесчестье»? Так, набор букв из словаря Ожегова или Даля. За смертельные оскорбления сегодня идут не к барьеру с пистолетами, а на шоу Савика Шустера. Свою правду отстаивают в недорогих судах, а не лицом к лицу.
И поэтому мы с вами наблюдаем сейчас такое себе состязание середнячков, мало кто из которых способен на ПОСТУПОК.
Пушкин заканчивает свою повесть так: «Никто не знал, куда он девался. …грозные посещения, пожары и грабежи прекратились. Дороги стали свободны. По другим известиям узнали, что Дубровский скрылся за границу».
У Пушкина герой скрылся. А у нас и не появлялся?

Источник: Еженедельник «Украина-Центр» Кировоград | Прочитать на источнике